ГЛАВНАЯ  КАРТА САЙТА  ОГЛАВЛЕНИЕ репетитор по английскому и французскому  Наша группа в соцсетях в интернете Английский Французский

 
 

 

 

 

«Значение и смысл в языке и речи» (на материале английского языка)

Луговая Н.В., 2010

  

ПЛАН

Введение.

Глава 1. Теоретическая основа исследования.

1.1.         Дефиниция и анализ понятия «смысл».

1.2.         Дефиниция и анализ понятия «значение».

1.3.         Концепции соотношения значения и смысла.

Глава 2. Практическая часть.

2.1. Понятия «значение» и «смысл» в теории перевода.

Приложение.

Заключение.

Библиографический список.

 

 

ВВЕДЕНИЕ

Данная работа посвящена исследованию значения и смысла в языке и речи. Проблема соотношения понятий «значение» и «смысл» в рамках языка и речи является одной из основополагающих в лингвистической науке. Традиционно понятие «смысл» стоит в оппозиции понятию «значение». Различие «смысла» и «значения» было отмечено в отечественной психологии еще в 30-е годы XX в. Л.С. Выготским [Выготский 1996]. «Если «значение» слова является объективным отражением системы связей и отношений, то «смысл» – это привнесение субъективных аспектов значения соответственно данному моменту и ситуации» [Лурия 1998:55]. Так, в работах А.В. Бондарко [Бондарко 1978] значение представляет собой содержательную сторону некоторой единицы данного языка, тогда как смысл (один и тот же) может быть передан разными единицами в данном языке. Кроме того, смысл может быть выражен не только языковыми, но и неязыковыми средствами. Значение той или единицы представляет собой элемент языковой системы, тогда как конкретный смысл – это явление речи, имеющей ситуативную обусловленность. Из связи значений с языковыми единицами и с системой данного конкретного языка вытекает проявление неуниверсальности языкового значения. Значения единиц разных языков могут не совпадать по своей содержательной характеристике, по объему, по месту в системе. Что же касается смысла, то он не зависит от различий между языками. По своей природе он является универсальным, представляющим инвариантное содержание отражательной деятельности человека. Возможность выражения в речи бесконечного количества новых смыслов связана с такими фактами, как нетождественность содержания, выражаемого сочетаниями языковых единиц, простой суммой их значений, ситуативная обусловленность смыслов, участие не только языкового, но и неязыкового знания в формировании смысла. Во взаимодействии значения и смысла существенны отношения средства и цели: языковые значения служат средством для выражения смысла в том или ином конкретном высказывании [Новиков 2000].

Актуальность работы определяется тем, что взаимодействие понятий «значение» и «смысл» представляется существенным для понимания структуры языка и функционирования речи, а также тем, что в современной лингвистике феномены смысла и значения требуют особого рассмотрения: с концептуального, языкового и речевого аспектов, и тем, что эти понятия остаются одной из самых неоднозначных и спорных проблем в теории языка.

Объект исследования – понятия «значение» и «смысл».

Предмет исследования – соотношение значения и смысла на уровне языка и речи.

Цель исследования заключается в том, чтобы проанализировать понятия «значение» и «смысл» и показать их взаимосвязь.

В соответствии с целью мы ставим следующие задачи исследования:

- изучить научную литературу по исследуемым вопросам,

- рассмотреть понятие «смысл», изучить лингвистические направления в изучении смысла, обозначить сферы проявления смысла, рассмотреть интегральные и дифференциальные признаки смысла,

- рассмотреть понятие «значение», структуру значения, проанализировать различные мнения учёных относительно дефиниции значения,

- выявить важные моменты в различных концепциях соотношения значения и смысла,

- рассмотреть важность понятий «значение» и «смысл» для теории перевода,

- проиллюстрировать на примере анализа текста английского языка важность понятий «значение» и «смыл» для теории перевода.

Теоретическая и практическая значимость работы. Работа обобщает знания в области общего языкознания, семантики, семасиологии, теории перевода, а также может являться материалом для разработки спецкурсов и практических занятий в указанных областях науки о языке.

Цель и задачи настоящей работы определили выбор следующих исследовательских методов:

- общие методы теоретического и эмпирического научного познания,

- метод теоретического анализа научной  литературы,

- методы анализа текста с точки зрения теории перевода.

Материалом исследования послужили работы отечественных и зарубежных учёных по теории значения и смысла.

В качестве теоретической базы исследования следует рассматривать основные положения лингвистов, изучавших проблему соотношения значения и смысла в языке и речи: А.В. Бондарко, А.Р. Лурия, И.М. Кобозева,
С.А.  Васильев, В.А. Звегинцев, Ю.М. Лотман, А.И. Смирницкий,
С.Н. Переволочанская и др.

Структура работы определяется её исследовательскими задачами. Работа состоит из Введения, 2-х глав, включая Приложение, Заключения, Библиографического списка (19 наименований).  

 

Глава 1. Теоретическая основа исследования

1.1. Дефиниция и анализ понятия «смысл»

 

В лингвистической науке представлен широкий круг исследований в области смысла, идеи движутся по нескольким направлениям. Первое, традиционное, развивающее теорию А.А. Потебни (Г.П. Мельков, А.Н. Леонтьев, Э.Д. Сулейменова, В.Г. Колшанский, С.А. Васильев, И.А. Зимняя), признаёт смысл речевой категорией. Например, А.В. Бондарко считает, что смысл обусловлен контекстуально [Бондарко 1978]. С.А. Васильев отмечает две функции текстов: одна связана с эквивалентной передачей значений, другая – с порождением новых смыслов [Васильев 1988]. Последние возникают в момент коммуникативного движения текста от автора к воспринимающему сознанию. В этом случае текст берёт на себя инициативу, порождает особую семантическую энергию, появляющуюся вне воли автора, выступая при этом как «смысловой генератор» [Лотман 1998].

Другое направление представлено своеобразием трактовки смысла в исследованиях И.М. Кобозевой [Кобозева 2000]. Смысл слова в отличие от инвариантного значения, трактуется как вариант интенсионала, его (слова) интерпретация, коннотация слова. Из чего явствует, что смысл в данной работе может быть причислен к явлениям языковым.

Третье направление даёт широкое (суммирующее) понимание смысла. В рамках концепции Г.П. Мельникова существуют «абстрактный социально значимый смысл, который заготавливается заранее (до речевого общения) и лишь воспроизводится всеми по памяти» и «ситуативные конкретные смыслы, которые творчески создаются в момент номинации говорящим» [Алефиренко 2005:98]. Но эти узуальные и окказиональные смыслы не могут быть признаны языковыми сущностями.

Следующее, полярное представленным выше направление, среди авторов которого В.А. Звегинцев, А.Г. Волков, делает ставку на связь смысла с внеязыковым содержанием, поэтому определяет смысл внеязыковым явлением. «Значение – внутри языка, смысл – вне языка» [Звегинцев 2001:176].

Для того чтобы дать объективное в научном плане повествование, потребовалось онтологически осмыслить некоторые глубинные категории, потому что область залегания смысла – и языковая, и речевая, и ментальная сферы. Феномен смысла предстаёт единой сущностью в разных формах своего проявления, в разных условиях бытования: на ментальном, языковом и речевом уровнях. Смысл мигрирует в этих областях, меняет свой онтологический статус, перевоплощается. Он отражает определённую структуру знания, т.е. может рассматриваться как концептуализированная единица. По этой причине в смысле как субстанции, можно выделить интегральные и дифференциальные признаки. Такого рода компоненты, пройдя динамический процесс ассоциирования, предъявляют себя как категория. Соответственно интегральные признаки (общие субстанциональные качества) – база для объединения составляющих в парадигму, дифференциальные признаки – основа для выявления отношений противопоставленности внутри этой парадигмы. Однородным (интегральным) признаком выступает сущностная характеристика – это субстрат, образовавшийся на базе таких признаков как абстрактность, идеальность, потенциальность. Противопоставленные единицы фиксируют полный спектр дифференциальных признаков принадлежность сущности к разным, выявляющим специфику уровням триипостасной модели. Триипостасность смысла в составляющих его компонентах выглядит следующим образом: смысл как концептуальная сущность, - категориальная сущность, реальная сущность с разной степенью абстрагирования. В речи – конкретное, в языке – отвлечённое, в концептуальных системах – абстрактное.

 

Концептуальные системы

язык

речь

Абстрактное   ↓↑


отвлечённое
↓↑

конкретное

Концептуальная
 

категориальная

реальная

Сущность
 

сущность

сущность

С

М

Ы

С

Л

уровни-ипостаси

по степени абстра-гированности

Различное

общее

При включении в объём понятия «смысл» его нетипичных и несущественных признаков содержательная сторона категории расширяется до глобального знания. Из чего можно заключить, что смысл с этой точки зрения эксплицируется как когнитивная категория. В полевом варианте она может быть предъявлена в виде концептуального ядра, окружающей его категориальной сущности (в классической и когнитивной её части), на периферии смысл осуществляется как реальное воплощение в материи речевых актов. Парадоксальность феномена смысла обусловлена трансформацией разных сущностей смысла, их смысловой метаморфозой: из ментальности в языковую действительность (и обратно).

Сомнения может вызвать то, что в единство сплавляются разнородные и равновеликие уровни. Но опасения оказываются беспочвенными, если признать конституирующую сущность смысла. Именно он является тем субстратом, на базе которого соединяются ипостаси: концептуальная система – язык – речь. Смыслу здесь принадлежит функция содержательной стратификации. Это обеспечивает единосущность и нераздельность указанной триипостасной модели, а разнородность уровней провоцирует неслиянность компонентов. Таким образом, в перспективе научного описания выявились три аспекта рассмотрения феномена смысла – концептуальный, языковой и речевой. Такое видение смысла возможно в комплексном научном описании: это стык диахронического и синхронического подходов [Переволочанская 2009].

 

1.2.         Дефиниция и анализ понятия «значение»

Значение остаётся одной из самых неоднозначных и спорных проблем в теории языка. Вопрос определения значения слова (имеется ввиду лексическое значение) широко освещен в трудах отечественных и зарубежных лингвистов. Однако, несмотря на многовековую историю, он до сих пор не получил не только общепризнанного, но даже хотя бы достаточно ясного ответа. В современной лингвистике можно выделить два подхода к проблеме определения значения: референциальный (referential) и функциональный (functional). Ученые, придерживающиеся референциального подхода, стремятся описать значение как компонент слова, с помощью которого передается какое-либо понятие, и который таким образом наделяет слово возможностью объективно отражать существующую действительность, обозначать предметы, качества, действия и абстрактные понятия. Сторонники же функционального подхода изучают функции слова в речи и уделяют меньше внимания вопросу “что есть значение?”, нежели тому, “какие функции имеет значение?” [Ginzburg 1979].

Все наиболее крупные работы по теории семантики до сих пор основывались на референциальном подходе. Центральной идеей этого подхода является выделение трех факторов, характеризующих значение слова: “the word (the symbol)” (звуковая форма слова), “the mental content” (понятие) и “the referent” (термин “референт” – тот предмет (действие, качество), который обозначает слово). В соответствии с этим подходом значение понимается как сложное целое, состоящее из обозначаемого предмета и понятия об этом предмете. Эта взаимосвязь представляется учеными в виде схематического изображения, а именно треугольников, незначительно различающихся между собой. Наибольшую известность получил треугольник Огдена-Ричардса, приведенный в книге немецкого лингвиста Густава Стерна “Meaning and change of meaning with special reference to the English language” [Stern 1939].

 

Thought or reference
(the mental content)

 

      Symbol                               Referent

Thought or reference (the mental content)  -  Symbol  -  Referent. Под термином “symbol” здесь подразумевается слово; “thought” или “reference” – это понятие. Пунктирная линия значит, что прямой связи между референтом и словом нет: она устанавливается только при помощи понятия. Немецкий лингвист Густав Стерн утверждает, что значение слова полностью определяется своей связью с тремя его факторами: слово, референт и понятие. В соответствии с вышесказанным, Г. Стерн предлагает такое определение значения слова: “Значение слова в реальной речи идентично с теми элементами субъективного понимания обозначаемого словом предмета говорящим или слушающим, которые, по их представлению, выражены этим словом” [Stern 1939].

С. Ульман [Ulmann 1951], определяя значение, предлагает упростить терминологию и заменяет “symbol” на “name” (название), а “thought or reference” на “sense” (смысл). Также он предлагает исключить термин “референт” из определения, объясняя это отсутствием прямой связи между словом и референтом и пытаясь более подробно объяснить связь между двумя ключевыми терминами – названием и смыслом. Ученый подчеркивает двустороннюю связь между словом и понятием, которое это слово обозначает. Не только слово, произнесенное или написанное, вызывает в памяти соответствующее понятие, но и само понятие, пришедшее на ум, заставляет нас найти подходящее слово. Когда я думаю о столе, я обязательно назову слово “стол”, также и, услышав слово “стол”, я обязательно представлю его себе. Таким образом, Ульман приходит к такому определению значения: Meaning is a reciprocal relationship between the name and the sense, which enables the one to call up the other (Значение – это двусторонняя связь между названием и смыслом (словом и понятием), которая при упоминании позволяет первому мгновенно вызывать в памяти второе и наоборот).

А.И. Смирницкий [Смирницкий 1956] утверждает, что значение слова нельзя отождествлять ни с референтом, т.е. предметом, который оно обозначает, ни со звучанием этого слова. Учитывая вышесказанное, он предлагает следующее определение значения слова: значение слова – это известное отображение предмета, явления или отношения в сознании (или аналогичное по своему характеру психическое образование, конструированное из отображений отдельных элементов действительности – mermaid, goblin, witch и т.п.), входящее в структуру слова в качестве так называемой внутренней его стороны по отношению к которой звучание слова выступает как материальная оболочка, необходимая не только для выражения значения и для сообщения его другим людям, но и для самого его возникновения, формирования, существования и развития.

Вышеупомянутые ученые в своих определениях указывает на важнейший компонент значения – выражение понятия. Связь между референтом и словом действительно устанавливается только при помощи понятия. С другой стороны, существует гипотеза, согласно которой понятия могут реализоваться лишь с помощью слов. Только когда мы слышим какое-то слово или видим его, соответствующее понятие возникает в нашем сознании [Антрушина и др. 2001] Однако, далеко не каждое слово имеет в своей основе понятие, хотя значение есть у каждого слова.

 

1.3.         Концепции соотношения значения и смысла 

В современной лингвистике определилось направление семантических исследований, в которых анализ соотношения языкового и мыслительного содержания концентрируется на понятиях значения и смысла. Концепции соотношения этих понятий наряду с чертами общности характеризуются некоторыми различиями, связанными с тем, что разграничение значения и смысла проводится в разных исследовательских целях, в различных теоретических позиций, в разных областях исследования, например, в теории членения речевой деятельности, в психолингвистических исследованиях, в структурной математической лингвистике.

А.В. Бондарко в своём труде «Грамматическое значение и смысл» [Бондарко 1978] проводит анализ различных концепций, в которых лингвисты представляют своё видение соотношения понятий значения и смысла. В частности, автор рассматривает исследования Н.А. Слюсаревой, Г.П. Мельникова, В.А. Звегинцева, А.М. Пешковского, В.З. Панфилова, Н.З. Котеловой и др. А.В. Бондарко выделяет наиболее существенные моменты в проблеме соотношения значения и смысла в проанализированных концепциях.

1. Значение представляет собой содержательную сторону опре­деленной единицы данного языка, тогда как смысл (один и тот же смысл) может быть передан разными единицами в данном языке и единицами разных языков, кроме того, он может быть выражен не только языковыми, но и неязыковыми средствами.

2. Значение той или иной единицы представляет собой эле­мент языковой системы, тогда как конкретный смысл — это яв­ление речи, имеющее ситуативную обусловленность.

3. Из связи значения с языковыми единицами и с системой данного конкретного языка вытекают проявления неуниверсаль­ности языковых значений. Значения единиц разных языков мо­гут не совпадать по  своей содержательной характеристике,  по объему, по месту в системе. Что же касается смысла, то он не зависит от различий между языками, по своей природе он явля­ется универсальным, представляющим инвариантное содержание отражательной деятельности человека.

4. Следствием   связи   значений   с   языковыми   единицами   и с языковой системой в целом является относительная ограничен­ность состава значений языковых единиц при неограниченности выражаемых в речи конкретных смыслов.

5. Возможность выражения в актах речи бесконечного коли­чества новых смыслов связана с такими факторами, как нетож­дественность  содержания,   выражаемого  сочетаниями  языковых единиц, простой сумме   их   значений,   ситуативная   обусловлен­ность смыслов, участие не только языкового, но и неязыкового знания в формировании смысла.

6. Во взаимосвязи значения и смысла существенны отноше­ния средства и цели: языковые значения служат средством (точ­нее одним из средств)  для выражения смысла в том или ином
конкретном высказывании.

7. Значения языковых единиц в акте речи и передаваемый смысл находятся в отношении перекодирования. Направление перекодирования зависит от позиции говорящего и слушающего: говорящий перекодирует передаваемый смысл в значения, а слу­шающий перекодирует значения воспринимаемых им знаков в смысл (это положение эксплицитно выражено далеко не всеми исследователями, рассматривающими соотношение значения и смысла, но оно, па наш взгляд, имеет принципиально важное значение и должно быть включено в ряд основных положений).

 

Глава 2. Практическая часть.

2.1. Понятия «значение» и «смысл» в теории перевода.

Семантические отношения, или отношения между означающим и означаемым, являются одним из наиболее существенных аспектов теории перевода. И это не случайно, ибо референтная (денотативная) функция, связанная с отражением в тексте внеязыковой действительности, является одной из важнейших функций текста, основной операциональной единицы теории перевода. Для семантических аспектов перевода важное значения имеют понятия «значение» и «смысл».

Уточнению соотношения этих понятий в связи с разграничением предметных областей теории перевода и контрастивной лингвистики посвящена в значительной мере работа Э. Косериу "Контрастивная лингвистика и перевод: их отношение друг к другу" [Цит. по Швейцер 1988]. В используемой им системе понятий "значение" понимается как содержание, данное в отдельном языке как таковом и выявляемое через систему оппозиций этого языка как в области грамматики, так и в области лексики. Этому понятию противопоставляется "обозначение" – внеязыковая референция, отсылка к определенной внеязыковой действительности (к "предметам", обстоятельствам или к самой внеязыковой действительности) как в области грамматики, так и в области лексики.

Таким образом, слова и грамматические формы разных языков могут обозначать одно и то же и вместе с тем различаться по своим значениям благодаря разному разграничению возможностей обозначения. Так, рус. лестница и англ. staircase, с одной стороны, и рус. лестница и англ. ladder — с другой, могут совпадать в сфере обозначения, но в сфере значения они существенно различаются: лестница может обозначать и внутреннюю лестницу в здании, и переносную стремянку, тогда как для staircase и ladder 'внутренняя лестница' и 'стремянка' — не Bezeichnungen, a Bedeutungen в немецком языке. Русское настоящее время может обозначать как обычное действие, включающее момент речи, так и действие, начавшееся в прошлом и продолжающееся в момент речи: Я живу в Москве; Я живу здесь три года. В английском языке в аналогичных контекстах используются разные формы, имеющие различное значение: I live in Moscow; I have hved here three years.

Рассмотрим, как соотносится перевод с тремя различными видами содержания — значением, обозначением и смыслом. Перевод имеет дело исключительно с "текстовым содержанием", поскольку переводятся и могут быть переведенными только тексты. Отсюда следует, что значения в принципе непереводимы, за исключением тех особых случаев, когда речь идет именно о значениях и когда они являются частью содержания текста. Значения как таковые относятся к структуре данного конкретного языка и в тексте являются лишь инструментами соответствующих обозначений. С этой точки зрения интерпретировать текст – значит идентифицировать обозначения с помощью данных в соответствующем языке значений, а переводить – значит находить для уже идентифицированных обозначений исходного текста такие значения в языке перевода, которые могут выражать именно эти значения.

Согласно концептуальной схеме Косериу в число категорий содержания текста входит как обозначение, так и смысл. При этом в различных коллективах аналогичные обозначения могут выражать разный смысл. Противоречия между обозначением и смыслом разрешаются в процессе перевода. При этом чем значительнее культурная дистанция между коллективами носителей исходного языка и языка перевода, тем чаще встречаются подобные противоречия.

Думается, что во взглядах Э. Косериу есть, несомненно, то рациональное зерно, которое позволяет использовать их для теоретического осмысления семантических аспектов перевода. Э. Косериу, безусловно, прав, отводя решающую роль в переводе "текстовому содержанию", реализации семантических категорий языка в речевых процессах.

Представляются плодотворными проводимое им принципиальное разграничение значения и смысла как категорий языка и речи (текста), указание на взаимодействие языковых и внеязыковых факторов в формировании смысла, тезис о ведущей роли смысла в переводе. Все эти положения хорошо согласуются с одним из ведущих положений данной работы – о центральной роли текста в процессе перевода. То, что Косериу называет "обозначением", определяется как референция, отсылка к миру вещей. Непонятно, почему референциальное измерение целиком и полностью изымается из сферы языка и переносится в сферу речи (текста). Более того, приводимые в статье примеры свидетельствуют о том, что термин "обозначение" по существу синонимичен термину "частное значение", а применительно к лексике — "лексико-семантическому варианту слова" (термин А.И. Смирницкого). На долю языка остаются в таком случае лишь общие значения языковых единиц. Последние действительно специфичны для отдельных языков. Однако в ряде случаев, особенно в области лексики, такое обобщающее значение вообще невыводимо. В самом деле, если, например, у англ. car, смысловая структура которого характеризуется гиперо-гипонимическими отношениями (car 'автомобиль', car 'вагон', car 'колесница'), общее значение устанавливается сравнительно легко (например, 'колесное транспортное средство'), то в других случаях это представляется невозможным (например, crew 'экипаж, легкая повозка', 'экипаж, команда корабля, танка'). Представляется более обоснованным вместо предлагаемой
Э. Косериу трихотомии "значение – обозначение – смысл" ограничиться дихотомией "значение – смысл". При этом первое следует рассматривать как категорию языка, а второе – как категорию речи.

Необходимо еще одно уточнение. Термин "смысл" в работе Косериу приравнивается к понятию "функция текста" и иллюстрируется таким примерами, как вопрос, требование, возражение и т.п. (простейшие единицы смысла) или как содержание текста или его фрагмента. На наш взгляд, дихотомия "значение–смысл" соотносится с дихотомией "язык–речь" и распространяется на единицы любого масштаба. Таким образом, можно говорить не только о значении словоформы, конструкции и т.п., но и о их смысле. Вспомним определение Л.С. Выготского: "Значение слова есть потенция, реализующаяся в живой речи в виде смысла" [Выготский 1956:370].

Иными словами, между значением и смыслом нет непреодолимого барьера. Смысл – это и есть актуализированное в речи значение языковой единицы. Именно в этом состоит широко распространенная в современном языкознании трактовка понятия "смысл". Ср., например, определение этого понятия в "Словаре лингвистических терминов": "То содержание (значение), которое слово (выражение, оборот речи и т.п.) получает в данном контексте употребления (ситуации общения)" [Ахманова 1966:434].

Используемое в данной работе понятие "смысл" близко тому, которое A.B. Бондарко называет "речевым смыслом" и определяет как "ту информацию, которая передается говорящим и воспринимается слушающим на основе содержания, выражаемого языковыми средствами в сочетании с контекстом и речевой ситуацией, на фоне существенных в данных условиях речи элементов опыта и знаний говорящего и слушающего. Таким образом, источниками речевого смысла являются: 1) план содержания текста и вытекающий из него смысл (смысл текста), 2) контекстуальная информация, 3) ситуативная информация, 4) энциклопедическая информация" [Бондарко 1978:95].

Релевантность понятия "смысл" для изучения семантических аспектов перевода достаточно убедительно аргументируется З.Д. Львовской, которая справедливо указывает на то, что "значение категория языковая, т.е. системная, поэтому значения единиц разных языков могут не совпадать по разным параметрам (содержательные характеристики, объем и место в системе)", тогда как смысл "категория коммуникативная, он не зависит от различий между языками и может быть выражен различными языковыми средствами в разных языках". Развивая далее эту мысль, З.Д. Львовская отмечает, что "если при одноязычном общении один и тот же смысл может быть передан с помощью предложений, имеющих различные сигнификативные значения, то при переводе подобная возможность не только возрастает, но иногда превращается в необходимость в силу как лингвистических, таким образом" [Львовская 1985].

Из сказанного следует, что языковые значения точно так же, как и соответствующие языковые формы, являются переменной величиной. Они, как отмечает Косериу, являются атрибутом данного конкретного языка. Инвариантным в идеале остается именно смысл: смысл исходного текста, вкладываемый в него исходным отправителем; смысл, извлекаемый из этого текста анализирующим его переводчиком, и, наконец, смысл вторичного текста, интерпретируемого конечным получателем. Разумеется, в реальной переводческой практике, как уже отмечалось выше, возможны отдельные смысловые потери, связанные, как правило, с прагматической установкой коммуникативного акта. Однако в данном случае мы для упрощения исходим из такой ситуации, когда прагматической установкой является передача смысла и когда прагматические фильтры не модифицируют передаваемый смысл. В тех случаях, когда мы говорим о семантической эквивалентности исходного и конечного текстов, имеется в виду не эквивалентность значений, а эквивалентность смыслов.

Именно речевой контекст и ситуация общения дают возможность нейтрализовать различия между нетождественными значениями, или, иными словами, использовать разные значения для передачи одного и того же смысла. В качестве примера приведем англ. murder, входящее в одну и ту же лексико-семантическую группу (ЛСГ) с существительными killing и manslaughter. В пределах этой ЛСГ killing означает родовое понятие ('лишение жизни'), a murder и manslaughten – два видовых.

 

Killing является семантическим инвариантом всей ЛСГ. В оппозициях "killingmurder" и "killmgmanslaughter" killing означает убийство вообще, a murder и manslaughter различаются через посредство дифференциальной семы "предумышленный": у murder эта сема присутствует, у manslaughter ее нет. Однако это не значит, что в любом контексте murder следует переводить как 'предумышленное убийство'. В этом порой нет необходимости, так как ситуация, находящая свое отражение в контексте высказывания, порой делает

эксплицитное выражение этой семы избыточным. Рассмотрим следующий пример из "Американской трагедии" Т. Драйзера: "And you don't happen to know anything about the drowning of a girl up there that you were supposed to be with – Roberte Alden, of Biltz, New York, I believe."

"Why, my God, no!" replied Clyde nervously...

"Am I supposed to have committed a murder?" he added, his voice faint – a mere whisper –

"– И вам, случайно, ничего не известно о том, как там утонула девушка, с которой вы были вместе? Если я не ошибаюсь, Роберта Олден из Билца в штате Нью-Йорк...

— Боже мой! Конечно же нет! — испуганно ответил Клайд... — Bы что, считаете, что я совершил убийство? — добавил он слабым голосом, почти шепотом".

В приведенном отрывке (диалог Клайда с арестовавшим его помощником шерифа) контекст нейтрализует оппозицию killing – murder. В данной ситуации (первая встреча Клайда с блюстителями закона, когда речь о предумышленном характере убийства Роберты еще не шла) сема "предумышленное" не находит воплощения в конкретном смысле высказывания. Именно поэтому murder переводится здесь как убийство. Было бы неестественно, если бы Клайд в ответ на вопрос о том, известно ли ему, что девушка, с которой он был на озере, утонула, ответил: "Вы что, считаете, что я совершил предумышленное убийство?" Такая реплика была бы оправданной только в том случае, если бы Клайд уже признал сам факт убийства, но отрицал лишь преступный умысел.

Однако в других случаях, когда семантическое противопоставление killing и murder находит отражение в речевом контексте, дифференциация этих слов перестает быть только фактом языка, становится фактом речи и поэтому подлежит обязательной передаче при переводе: The Pentagon lawyers are leaning over backwards to prove that the Songmy massacre was killing, not murder — Юристы Пентагона из кожи лезут вон, чтобы доказать, что массовые убийства в Сонгми носили не предумышленный, а случайный характер. В данном примере речь идет о том, как актуализация сем в контексте высказывания влияет на его смысл и определяет пути его перевода. Данная закономерность тесно связана с соотношением понятий "значение" и "смысл". Дело в том, что набор сем, образующих то или иное значение, обычно варьируется от языка к языку. Однако это обстоятельство отнюдь не препятствует межъязыковой коммуникации, которая, как отмечалось выше, осуществляется не на уровне языковых значений, а на уровне смысла. Далеко не все семы оказываются одинаково существенными при описании той или иной конкретной ситуации. Контекст как бы "высвечивает" некоторые семы, выдвигает их на передний план, придает им первостепенную важность. Именно эти актуализованные семы формируют смысл данного высказывания.

Поиск варианта, значение которого распадалось бы на те же семы, что и значение переводимого элемента высказывания, обречен на неудачу. Такая задача невыполнима, так как она равносильна попытке восстановления значений, являющихся принадлежностью системы исходного языка, в языке перевода, а языковые значения, как справедливо отмечает Э. Косериу, непереводимы. Поэтому переводчик ставит перед собой более реальную задачу, решаемую на уровне смысла – передать в тексте именно те семы, которые существенны для точного отражения данной ситуации.

Разграничение понятий "смысл" и "значение" позволяет опровергнуть доводы неогумбольдтианцев, ведущие к отрицанию переводимости (переводятся не специфичные для конкретных языков значения, а заданные ситуацией смыслы).

Рассмотренные выше случаи проливают свет на механизм установления семантической эквивалентности и объясняют, каким образом из разноязычных единиц с не вполне идентичными языковыми значениями складывается одинаковый смысл. Напомним, что отношения эквивалентности возникают как при тождестве образующих смысл семантических компонентов (сем) (компонентная эквивалентность), так и при кореферентности наборов разных сем, создающих в своей совокупности одинаковый смысл (референциальная эквивалентность). В приведенных выше примерах было показано, как сочетания языковых единиц с несводимыми друг к другу языковыми значениями оказываются эквивалентными друг другу на компонентном подуровне, т.е. образуют одинаковые смыслы, опирающиеся на сочетание одних и тех же сем. Так в приведенном примере ("Am I supposed to have committed a murder?" — Вы что, считаете, что я совершил убийство?) эквивалентность высказываний обеспечивается выравниванием их смыслов благодаря нейтрализации в этом контексте семы "предумышленное", дифференцирующей рус. убийство и англ. murder в системах этих языков.

Случаи референциальной эквивалентности также получают свое объяснение в свете того факта, что в переводе семантическая эквивалентность достигается не на уровне языковых (грамматических и лексических) значений, а на уровне смыслов. Так, русская фраза из телефонного разговора Вы не туда попали, английская You've got a wrong number и немецкая Sie haben falsch gewählt идентичны друг другу по выражаемому ими конкретному смыслу, хотя каждая из них выражает этот смысл не только с помощью различных языковых единиц, имеющих нетождественные значения, но и с помощью разных сем, соответствующих разным признакам отражаемой в высказывании

предметной ситуации. Идентичность смыслов этих фраз опирается не только на идентичность предметной ситуации, но и на совпадение коммуникативно-прагматических параметров (коммуникативной интенции и соответственно коммуникативного эффекта); именно эти фразы приняты в соответствующем языке и в соответствующей культуре для передачи данного конкретного смысла.

Сказанное выше о соотношении значения и смысла объясняет природу семантических трансформаций, о которых речь пойдет ниже. Связанные с этими трансформациями преобразования значений и сем не нарушают "семантического уравнения" именно потому, что такое уравнение строится не на тождестве языковых значений и даже не на тождестве сем, а на единстве смысла [Швейцер 1988].

 

Приложение

В Приложении мы приводим практический анализ перевода текста с английского языка на русский «Trademarking the Net» [Терехова 2004]. В анализе объясняется выбор некоторых наиболее сложных моментов перевода в зависимости от значения и смысла переводимых единиц на русский язык.

«Trademarking the Net»

Net-based shopping is becoming commonplace, and the value of Internet real estate has become obvious both to established companies and to new Netbased companies. Name recognition is synonymous with an easy-to-remember domain name (2). Because there is only one dot-com top-level domain name, names in the dot-com domain have become a scarce resource (3). The irony is the current set (4) of domain names is an artificial construct, created before the rush to cash in on the Internet and e-commerce. In theory, the number of domain names that can be created is unbounded, but the practical realities might force us to continue living under the current regimen, even though it is obviously flawed (5). The question is: Will the Net survive efforts to apply trademark law to domain names, and, if so, how will it look in the future?

Trademark law has become intertwined with doing business – or just hanging out – on the Internet. The kind of trademark law that some envision for the Net is

much more restricted than that which exists in “real life”. In the U.S. there are at least two dimensions (6) for trademarks: area of business and physical location. Thus, there is no problem with United Van Lines and United Airlines coexisting. Few people who want to fly from San Francisco to New York are likely to contract United Van Lines, and people with a household of furniture to move (7) are unlikely to purchase tickets on United Airlines (8). But there can be at most one www.united.com. (It belongs to an Internet messaging company.) Similarly, there could be a Simon’s Shoe Store in Reno and another Simon’s Shoes in Miami.

It’s bad enough the current system of domain names collapses a two dimensional space (9) into a small set of points. Worse yet is the effort to restrict look-likes (10) on the Net. A dramatic example is the situation that pits eТoys.com against etoy.com (11). In October 1995, etoy, a group of European artists, started an etoy.com Web site. Roughly two years later eToys Inc., an Internet toy retailer (12)

(eToys.com) started its Web site; it also filed for a U.S. trademark. When the owners of the etoy.com Web site learned of the eToys.com trademark filing, they filed for a trademark (13). A trademark was granted to eToys.com, but the etoy.com trademark request is still pending. Meanwhile, eToys (14) attempted to purchase the etoy.com Web site for about $400.000 in stock and cash. When the offer was rejected, eToys sued etoy. The lawsuit claims that “antisocial, obscene, and offensive images associated with defendants’ use of the mark etoy, both on the Internet and elsewhere, have tarnished the eToys mark and the eToys brand name…” In November 1999 a federal judge in California issued an injunction against etoy.com. Because of potential fines of up to $10.000 per day, the etoy.com Web site was shut down (15). Etoy appealed the decision, and in December eToys announced it had offered to drop its lawsuit against etoy. However, eToys also either requested, or stating as a precondition (16) (depending on which release you read), that etoy “give good faith consideration (17) … to concentrating the profanity, nudity, and violence that is sometimes part (18) of the etoy corporation’s other Web sites.” An etoy lawyer, quoted in the New York Times, rejected the eToys request, saying “etoy cannot give eToys veto power over the content on its site.” On January 25, 2000, eToys droped its lawsuit against etoy.

The etoy vs. eToys dispute raises (19) several disturbing issues. Even if one accepts that U.S. law should apply to organizations located in Europe, etoy and eToys differ both in physical location and in area of business. In fact, etoy is not even a commercial entity; it is an artists group. So, if the case did not involve the Internet, it’s unlikely that the injunction would have been issued.

Сведения из теории

При переводе данной статьи понадобились следующие приёмы перевода:

Компрессия. Суть приема состоит в более компактном изложении мысли одного языка средствами другого языка за счет использования семантически более емких конструкций.

Конкретизация. Подбор при переводе более точных или конкретных соответствий или оттенков значений, чем те, которые можно найти в двуязычных словарях.

Генерализация. Прием генерализации противоположен конкретизации. Вместо слова с конкретным значением на одном языке мы подбираем слово с более общим значением на другом языке.

Замена. Грамматическая замена: когда заменяются части речи или члены предложения. Такие замены обусловлены стилистическими нормами русского языка.

Компенсация. Способ, позволяющий передать все содержание оригинала в тех случаях, когда нормы русского языка не позволяют сохранить на том же месте слово, на котором оно стоит в оригинале.

Опущения. В английском языке довольно часто употребляются 2 стоящих рядом слова, имеющих одинаковое значение, тавтология, одно из этих слов в русском языке опускается.

Калькирование. Перевод слова или словосочетания по частям. С помощью кальки передаются реалии и неологизмы.

Объединение предложений. Весьма распространенный прием при в практике перевода с русского языка на английский. При этом важно следить за тем, чтобы это объединение было вполне логичным, и в результате его не искажалась мысль подлинника.

Использование конкретных приемов при переводе:

1. Для более точного перевода заголовка «Trademarking the Net» необходимо восстановить его: Trademarking Web Sites in Net. Тогда заглавие статьи будет переводиться как «Лицензирование сайтов в Интернете».

2. В словосочетании domain name, domain переводится на русский язык: домен, именитый; name - название. Применив прием опущения, а за тем калькирование, данное понятие можно обозначить просто домен.

3. На русский язык слово resource переводится как ресурсы, средства, запасы. Но, применив прием конкретизации, и, учитывая контекст: Because there is only one dot-com top-level domain name, names in the dot-com domain have become a scarce resource, переведем слово resource как данные.

4. Слово set на русский язык переводится как набор, комплект. Но, применив прием конкретизации, и, учитывая контекст: The irony is the current

set of domain names is an artificial construct …, переведем set как множество.

5. Obviously flawed: оbviously при переводе на русский язык явно, очевидно; flawed – брак, недостаток, изъян. Используя прием адекватной замены, словосочетание it’s obviously flawed на русский язык переведем как он

полон изъянов.

6. In the U.S. there are at least two dimensions for trademarks: area of business and physical location; dimensionизмерение, размер, величина. Используя прием конкретизации, dimensions переведем как параметры.

7. people with a household of furniture to move… householdдомашнее хозяйство; furnitureмебель. Используя прием компрессии, household of furniture переведем просто мебель. Инфинитив to move в словосочетании переведем в функции определения, а именно мебель, которую нужно перевезти. Таким образом, всю фразу people with a household of furniture to move переведём как люди, перевозящие мебель.

8. При переводе предложения: Few people who want to fly from San Francisco to New York are likely to contract United Van Lines, and people with a

household of furniture to move are unlikely to purchase tickets on United Airlines.

воспользуемся приемом разделения предложения на два и получим: Некоторые люди, желающие долететь из Сан-Франциско до Нью-Йорка, вероятно, свяжутся с United Van Lines. Маловероятно также и то, что люди, перевозящие мебель, приобретут билеты компании United Airlines.

9. A two dimensional space дословно на русский язык переводится как двухмерная сфера; но, применив прием генерализации, получим сфера, определяемая двумя параметрами.

10. … to restrict look-likes on the Net. Look-likes на русский язык переводится как одинаково выглядящие сайты. Но, воспользовавшись приемом замены, получаем следующий перевод сайты-двойники.

11. A dramatic example is the situation that pits etoys.com against etoy.com.

Если перевести это предложение дословно Печальным примером служит ситуация, когда etoys.com выступает против etoy.com. оно звучит коряво. Воспользуемся приемом генерализации и в результате получим Печальным примером служат обстоятельства, при которых etoys.com выступает против etoy.com.

12. Первоначальный перевод фразы an Internet toy retailer может быть следующим торговец игрушками в розницу через Интернет. Применим прием

генерализации, получим компания, занимающаяся розничной торговлей игрушек по средствам Интернета.

13. learned of the eToys.com trademark filing, they filed for a trademark. Первоначальный вариант перевода может быть следующим узнали о подаче заявки на регистрацию торгового знака eToys, они подали заявку на регистрацию торгового знака. Как видим, в предложении есть повтор, что явно делает его громоздким и избыточным. Применим прием адекватной замены ко второй части отрывка и получим: узнали о подаче заявки на регистрацию торгового знака eToys, они поступили также.

14. В английском тексте понятие eToys (etoy) используется как в качестве названия сайта, так и в качестве собирательного существительного, обозначающего тех людей, которые работают в одноименной корпорации. При переводе на русский язык необходимо разграничивать эти понятия; в данном случае применим компрессию: eToys переведем как владельцы eToys.

15. Следующие предложения In November 1999 a federal judge in California issued an injunction against etoy.com. Because of potential fines of up to $10.000 per day, the etoy.com Web site was shut down. выражают одну мысль, являются началом и окончанием единого целого, следовательно, будет правомерным при переводе объединить эти предложения в одно В ноябре 1999 года федеральный судья Калифорнии вынес приговор не в пользу etoy.com: из-за потенциальных штрафов в размере свыше 10 тысяч долларов в день сайт etoy.com был закрыт.

16. either requested, or stating as a precondition. При переводе на русский язык получается тавтология либо предложение, либо суждение в качестве предварительного условия. Применим прием опущения и получим просто предварительное условие.

17. give good faith consideration... Используя прием генерализации, переведем, как тщательно рассмотреть.

18. is sometimes part of the etoy corporation’s other Web sites. Используя прием генерализации, переведем как иногда проскальзывает в сообщениях корпорации.

19. dispute raises… Дословно можно перевести, как … спор поднял …; но, воспользовавшись приемом генерализации, получим … спор послужил причиной…

Полный перевод текста:

«Лицензирование сайтов в Интернете» (1)

Покупка через Интернет становится обычным делом, и значение реальных ресурсов Интернета стало очевидно как для уже оформившихся компаний, так и для тех, кто только начинает. Имя-опознавание равнозначно

легко запоминающемуся домену (2). Поскольку домены высшего уровня содержат только одну точку-com, названия такого типа стали недостаточными

данными (3). Парадоксально то, что существующее множество (4) доменов является искусственной структурой, созданной до того, как стремительный поток наличных денег дошел до Интернета и сетевой коммерции. Теоретически, число доменов, которые могут быть созданы, неограниченно, но практическая действительность может вынудить нас продолжать жить при

существующей системе управления, даже, несмотря на то, то она полна изъянов (5). Вопрос в следующем: Перенесет ли Интернет попытки наложения закона торговых знаков на домены и, если перенесет, то, как это будет выглядеть в будущем?

Закон торговых знаков переплелся с бизнесом – либо они лишь сосуществуют – в Интернете. Разновидность закона торговых знаков, которую некоторые применяют к Интернету, более ограничена, чем та, что существует в «реальной жизни». В США существует, по крайней мере, два параметра (6) торговых знаков: сфера бизнеса и физическое местоположение. Таким образом, между United Van Lines и United Airlines не существует проблемы в сосуществовании. Некоторые люди, которые хотят долететь из Сан-Франциско до Нью-Йорка, вероятно, свяжутся с United Van Lines. Маловероятно также, что люди, перевозящие (7) мебель (8), приобретут билеты компании United Airlines. Но только лишь один сайт www.United.com может существовать. (Адрес относится к почте Интернета.) Аналогично может существовать Simon’s Shoe Store в Рено и Simon’s Shoes в Майами.

Довольно плохо, что существующая система доменов раскладывает сферу, определяемую двумя параметрами (9) на малую последовательность символов. Еще хуже обстоят дела с попыткой ограничить сайты-двойники (10). Печальным примером служат обстоятельства (11), при которых eToys.com выступает против etoy.com. В октябре 1995 года, etoy, группа европейских художников, оформила веб-сайт etoy.com. Приблизительно два года спустя eToys Inc., компания, занимающаяся розничной торговлей игрушек по средствам Интернета (12) (eToys.com) также оформила свой веб-сайт. А затем подала заявку на получение торгового знака США. Когда владельцы сайта etoy.com узнали о подаче заявки на регистрацию торгового знака eToys.com, они поступили также (13). ЕToys.com была присвоена торговая марка, а прошение о присвоении торгового знака etoy.com все еще рассматривается. Между тем, владельцы eToys (14) попытались приобрести сайт etoy.com приблизительно за 400 тысяч долларов в акциях и наличными. Когда предложение было отвергнуто, eToys подали в суд на etoy. Суд объявляет, что «антисоциальные, неприличные и оскорбительные образы, связанные с использованием обвиняемыми марки etoy в Интернете и где бы то ни было, запятнали марку eToys и фирменное имя eToys …» В ноябре 1999 года федеральный судья Калифорнии вынес приговор не в пользу etoy.com: из-за потенциальных штрафов в размере свыше 10 тысяч долларов в день сайт etoy.com был закрыт (15). Владельцы сайта etoy.com подали на апелляцию. В декабре представители eToys.com заявили о предложении прекратить судебный процесс против etoy. Тем не менее, в добавлении ко всему, eToys выдвинули предварительное условие (16) (на котором основана статья, которую вы сейчас читаете), заключающееся в том, чтобы etoy « … тщательно рассмотрели (17) … концентрацию сквернословия, наготы и насилия, которое иногда проскальзывает (18) в сообщениях корпорации, на других своих сайтах». Адвокат etoy, процитированный в New York Times, отклонил предложение, заявив что «etoy не может дать право eToys наложить вето на содержание своего сайта». 25 января 2000 года владельцы eToys прекратили судебный процесс против etoy.

Спор между eToys и etoy послужил причиной (19) нескольким тревожным последствиям. Даже если одни признают, что закон США должен применяться к организациям, расположенным в Европе, etoy и eToys различаются и в физическом местоположении, и в сфере бизнеса. В действительности, etoy даже не коммерческая организация, а группа художников. Так, если бы данное обстоятельство не затронуло Интернет, маловероятно, что за всем этим последовало бы судебное предписание.

  

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В настоящей работе мы осветили некоторые вопросы, связанные с проблемой соотношения понятий «смысл» и «значение» в языке и речи. Данная проблематика не имеет однозначного толкования в научной среде. Существует множество концепций относительно трактовки понятий «значение» и «смысл» и их соотношения. В нашей работе мы провели исследование научной литературы, освещающей данные феномены. Анализ литературы позволяет сделать следующие выводы.

1. Понятие «смысл» имеет различные трактовки. Лингвисты интерпретирую смысл  как речевую категорию, как коннотацию слова, как языковую сущность, как внеязыковое явление, как концептуализированную единицу.

2. Понятие «значение» трактуется в рамках двух направлений: референциальное и функциональное. Согласно первому, значение – это компонент слова, с помощью которого передается какое-либо понятие. Центральной идеей этого подхода является выделение трех факторов, характеризующих значение слова: звуковая форма слова, понятие и референт. Сторонники второго подхода уделяют незначительное внимание понятию «значение», а фокусируются на функции слова в речи.

3. Соотношение понятий «значение» и «смысл» также не имеет среди ученых однозначного понимания, но многие концепции признают, что значение представляет собой эле­мент языковой системы, тогда как конкретный смысл — это яв­ление речи.

4. Понятия «значение» и «смысл» занимают важное место в теории перевода, поскольку значения единиц разных языков могут не совпадать по разным параметрам (содержательные характеристики, объем и место в системе), тогда как смысл не зависит от различий между языками и может быть выражен различными языковыми средствами в разных языках.

Таким образом, изучение понятий «значение» и «смысл» представляет особую важность в лингвистике, т.к. данные феномены лежат в основе базовой единицы языка – слове.

 

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1.     Алефиренко Н.Ф. Спорные вопросы лингвистики. – М., 2005.

2.     Антрушина Г.Б., Афанасьева О.В., Морозова Н.Н. Лексикология английского языка. – М., 2001.

3.     Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М., 1966.

4.     Бондарко А.В. Грамматическое значение и смысл. – Л., 1978.

5.     Васильев С.А. Синтез смысла при создании и понимании текста. – Киев, 1988.

6.     Выготский Л.С. Мышление и речь. – М., 1956.

7.     Звегинцев В.А. Значение и смысл в деятельности общения // В.А. Звегинцев. Язык и лингвистическая теория. – М., 2001.

8.     Кобозева И.М. Две ипостаси содержания речи: значение и смысл // Язык о языке: Сборник статей / Под общ. ред. Н.Д. Арутюновой. – М., 2000.

9.     Лотман Ю.М. Структура художественного текста // Лотман Ю.М. Об искусстве. – СПб., 1998.

10. Лурия А.Р. Язык и сознание. – М., 1998.

11. Львовская З.Д. Теоретические проблемы перевода. – М., 1985.

12. Новиков А.Н. Смысл как особый способ членения мира в сознании // Языковое сознание и образ мира: Сборник научных статей, ответственный редактор Н.В. Уфимцева – М., 2000.

13. Переволочанская С.Н. Концептуальная «оплотнённость» смысла // Известия Самарского научного центра Российской академии наук, т. 11, 4 (6), 2009 // «Педагогика и психология», «Филология и искусствоведение» 6 (8).

14.Смирницкий А.И. Лексикология английского языка. – М., 1956.

15. Терехова Г.В. Теория и практика перевода. – Оренбург, 2004.

16.  Швейцер А.Д. Теория перевода: статус, проблемы, аспекты. – М., 1988.

17.  Ginzburg R.S., Khidekel S.S., Knyazeva G.E., Sankin A.A. A course in modern English lexicology. – М., 1979.

18. Stern G. Meaning and change of meaning with special reference to the English language. - Goeteborg, 1931.

19. Ulmann S. Words and their use. – L., 1951.

                                                                                                                                                     
 

 

 

Благодарю за посещение моего сайта!

 

 

 

 

 


 
 

КАРТА САЙТА репетитор по английскому и французскому Наша группа в соцсетях в интернете Английский Французский
 
 
 
Английский язык

Учебники английского для детей   Школьная программа
Английский для школьников    ГИА и ЕГЭ английский
Английский для взрослых
Учебники по английской грамматике
Бизнес-английский Деловой английский
Английский для отдельных специальностей и профессий
Подготовка и сдача международных экзаменов по английскому языку
Чтение на английском языке по уровням
(+ раздел книга до 100 руб)
Каталог полезных сайтов для изучающих английский язык

Продам свои учебники по английскому языку

Английская грамматика Начальный уровень
Всё о Культуре в Англоговорящих странах
Английский в путешествии

Французский язык

Школьная программа     Французский для детей
ГИА и ЕГЭ французский    Французский для школьников
Французский для взрослых
Бизнес-французский Деловой французский + специальности
Чтение на французском языке по уровням
(+ раздел книга до 100 руб)
Каталог полезных сайтов для изучающих французский язык

Продам свои учебники по французскому

Всё о Культуре во Франкоговорящих странах
Французская грамматика

 

По вопросам сотрудничества и размещения рекламы на сайте: E-mail rostov-language@mail.ru
При копировании материала ссылка на сайт/авторство обязательна
© ROSTOV-LANGUAGE.RU  Луговая Наталия Владимировна
смысл в языке, смысл в речи, значение в языке, значение в речи, структура языка, Смысл слова, Феномен смысла, Thought or reference, mental content, Грамматическое значение и смысл, Контрастивная лингвистика, Термин "смысл", смысл текста, Случаи референциальной эквивалентности
   Яндекс.Метрика